Джентльмен – поэт

5 марта состоялась встреча с джентльменом из Америки Джулианом Генри Лоуэнфельд /Julian Henry Lowenfeld/.

Он был представлен как поэт, исследователь и переводчик произведений Александра Сергеевича Пушкина и других русских классиков.

Вечером, в седьмом часу скромный, ничем не примечательный мужчина прошёл в Мемориальный зал Тринити Колледжа, поднялся на сцену и сел в старинное кресло-трон в стиле Ренессанс. Он оглядел аудиторию и пригласил всех сесть поближе к нему. Пока проходили организационные мероприятия, Джулиан раскладывал свои книги, а мы ожидали очередного банального стихочтения, во всей субстанциальности которой нас привлекало одно: имя – Пушкин. Обращение к творчеству великого поэта не вызывало и тени презумпций; энигма гения всегда была в центре внимания мировой культуры и литературы. Проблема заключалась в качестве переводов, потому что до сих пор широкая аудитория не получила того уровня трактовки Пушкина на иностранном языке, которая могла бы передать специфику подстрочника и отразить оригинальные черты национального характера.

Воспроизведение пушкинского стиха на любом языке осложняется множеством стилистико-языковых и общекультурных факторов. Резонно было бы констатировать, что “настоящий” Пушкин уже много лет как бы «играет в прятки» с зарубежными исследователями-переводчиками.

Что предложит мистер Лоуэнфельд? Какой будет его авторская версия одиозного поэта на английском языке?

Джулиан открыл книгу и начал читать. Прежде всего, нас изумил его прекрасный русский; выразительный, без акцента. Он профессионально декламировал, ритмизируя текст и интонационно выделяя ключевые слова. Причём начал он с Осипа Мандельштама. Предельно символично, так как Мандельштам, говоря о литературном генезисе поэта, употреблял слово «родство», как живую кровную связь уникальных творцов поверх традиций, школ и временного пространства. У Пушкина такое личное родство наблюдалось с Горацием, у Мандельштама – с Пушкиным, a у Джулиана мы ощутили потрясающую связь с русской душой; его переводы оказались феноменальными. Откуда такая проникновенность?

Любопытно, что генеалогия семьи Лоуэнфельд включает немецкие, еврейские, шотландские, кубинские и португальские корни, но только не русские. Как объяснить столь пристальный интерес к России, её литературному наследию?  Он родился в семье потомственных юристов и на его просьбу о профессионализации в поэтическом творчестве и актёрском ремесле, отец коротко ответил: «сначала юриспруденция, затем -…всё, что хочешь». Вообще, Джулиан обладает замечательным чувством юмора и зал не раз сопровождал его комментарии весёлым смехом. Однако «русская» связь Лоуэнфельдов всё же обнаружила себя; прадед Лоуэнфельда, известный немецкий славист Рафаэль Лёвенфельд, работал корреспондентом газеты Berliner Tageblatt в Санкт-Петербурге и был первым переводчиком произведений Л.Н. Толстого на немецкий язык. Более того, Лёвенфельд основал Театр Шилеера, где состоялась мировая премьера пьесы Толстого “Власть тьмы” в его собственном переводе. А после революции у Лёвенфельдов в Берлине жила семья Набоковых.

Джулиан изучал русскую литературу в Гарварде, стажировался в Ленинградском государственном университете. Параллельно он получил диплом юриста в Нью-Йоркском университете. Совместив две обретённые профессии, Джулиан неоднократно представлял интересы российских киностудий Союзмультфильм, Мосфильм и Ленфильм в суде, получив ласковый, благодарный псевдоним «Адвокат Чебурашки».

И всё же интерес к Пушкину превалировал. Впервые в 2009 году Джулиан перевел «Маленькие трагедии» и осуществил постановку пьесы в Центре искусств Михаила Барышникова в Нью-Йорке. Он стал первым иностранцем, которому была присуждена петербургская литературно-художественная премия «Петрополь» в 2010 году за книгу «Мой талисман: поэзия и жизнь А.С. Пушкина». В 2013 году за «выдающиеся литературные переводы и преданную работу по популяризации русской культуры на английском языке» Лоуэнфельд был награжден почетным знаком «За дружбу и сотрудничество» Министерством иностранных дел РФ. Он вообще тесно сотрудничает почти со всеми российскими предприятиями творческой направленности как в Америке, так и в России: как только успевает?! А теперь и в Ирландию приехал в рамках X Фестиваль русской культуры «Масленица 2019», чтобы порадовать нас любимой сердцу поэзией.

А как проникновенно Джулиан читал:

“Я вас любил, любовь ещё быть может,

В душе моей угасла не совсем…”

Зал ликовал. Как приятно услышать родную речь, причём с уст иностранца с неподдельным интересом к российской культуре, к русским людям, всегда чрезвычайно благодарным даже за мало-мальское внимание.

Шокировали и переводы, превосходящие все предыдущие. А ведь первые заметки об А.С. Пушкине появились в английской печати ещё в 1821 г. С того времени и до конца 1997 г. на английском языке было издано около 1750 работ о русском поэте и не менее 950 переводов его произведений. И вот новая версия, при намеренном исключении усложнения и явной симплификации миссии, прекрасно отразившихся на английском тексте: Лоуэнфельд не скрывал своей удовлетворённости собственной работой. Он восседал на троне как Король Переводов, смотря поверх зала, в ощущении виртуального единства с Королём Русской поэзии, как будто великие строки Пушкина посвящались и ему:

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит —

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит.

 

С особой благодарностью организаторам фестиваля Общественной организации «Русский мост» и поэтических чтений.

Сабина Салим

Метки: , , , ,

Последние публикации в категории


Похожие публикации

Сабина Салим

Добавить комментарий