Russian Ireland

Switch to desktop

Как я стал кельтом. Глава двадцатая: Осенний Дублин

Есть на свете места, откуда не хочется уезжать. Это те города и веси, где чувствуешь себя уютно и комфортно, где душа на своем месте и думается легко, а любые проблемы кажутся небольшими и легко решаемыми.

У разных людей, так уж мы устроены, разные приоритеты в жизни, разные модели счастья и устремления к нему. Кто-то неудержимо стремится к материальному богатству или к власти, что по большому счету одно и то же. Известность и слава также для кого-то могут стать основным смыслом жизни, забирая все силы для достижения этой цели. А кто-то, прежде всего, ищет радость и благоденствие в тихой семейной гавани, находя главное удовольствие в воспитании детей и внуков. Ну а кому-то для душевного равновесия необходима изрядная доля одиночества и много времени для внутренних диалогов и душевных самокопаний.

На самом деле моделей и формул счастья существует огромное количество, и их изучение и описание, не утруждая себя, давайте предоставим психологам и другим специалистам. Каждому – свое.

В самом конце ноября я отправился из Кавана в Дублин. Это был мой прощальный визит: 1 декабря истекал срок действия ирландской визы, и было необходимо возвращаться в Россию. Уже были написаны мои первые впечатления об Изумрудном острове, и мне хотелось самолично завезти их в редакцию «Нашей Газеты». На автостанции сел в самый утренний автобус и отправился в путь. Пассажиров было совсем немного, человек семь-восемь. Я оплатил водителю проезд в оба конца, неспешно поднялся на второй этаж автобуса и занял место у лобового стекла. Рядом справа от меня примостился пожилой ирландец лет шестидесяти-пяти, судя по его морщинистому лицу, заметной сутулости и повидавшему жизнь выражению глаз. Для большего удобства он прямо к стеклу протянул ноги, обутые в огромные оранжевые ботинки с рифленой подошвой, достал из заплечной сумки бутерброд с колбасой и принялся смачно жевать.

За окном было еще совсем темно – осенние рассветы поздние и туманные. Автобус плавно двинулся с места и неторопливо набрал скорость. Некоторое время мы с пожилым ирландцем с высоты второго этажа, молча и без особого интереса рассматривали дорогу. Она светилась огоньками распределительной полосы и напоминала взлетную дорожку в аэропорту.

- Меня зовут Микки, - задумчиво произнес ирландец, сказав это будто не мне. - В Дублине у меня живет сын.

- А меня зовут Владимир. Я из России.

- О! - удивился Микки. - Вы русский? Из какой части России?

- Я живу в небольшом городке недалеко от Саратова.

- Саратов? Я не знаю такого города. Знаю Москву, знаю Сибирь. Саратов не знаю.

- Это город такой на Волге. А Волга самая крупная река в Европе.

- Нет, - Микки уверенно мотнул рыжей головой, - Волгу не знаю. А Саратов большой город?

- Да, большой город, больше Дублина. В Саратове проживает почти миллион жителей.

- Миллион!

- Да, восемьсот пятьдесят тысяч.

- И далеко расположен Саратов от Москвы?

- От Москвы до Саратова примерно тысяча километров.

- А от Сибири далеко?

- Даже не скажу точно, две или три тысячи километров.

- Да, Россия большая страна, я знаю, - вновь мотнул головой ирландец. - Но про Саратов никогда ничего не слышал.

И тут меня осенила мысль. И я чуть было не закричал:

- Сталинград! Недалеко от Саратова Сталинград!

Ирландец тоже оживился. Он даже обрадовался.

- Конечно, Сталинград я знаю! У вас в России была большая война, много людей погибло. Про Сталинград нам в школе учитель рассказывал. Россия часто воюет. Вы живете в очень агрессивной стране!

Что я мог сказать в ответ пожилому ирландцу? Какие привести аргументы и факты в защиту многострадального Отечества своего? И я промолчал. Тот все понял и наш разговор прервался. Ирландец закрыл глаза и, по всей видимости, заснул.

В Дублин мы приехали в половине восьмого. Я вышел из автобуса на О'Коннелл-стрит недалеко от Дублинской иглы. Удивительно, но лишь несколько одиночных прохожих повстречались мне на главной улице ирландской столицы в этот совсем не ранний для меня час. Магазины и многочисленные кафе были еще закрыты. Казалось, большой город еще не проснулся. Он еще только потягивался спросонья и меланхолично чистил зубы.

Было довольно тепло, а чуть позже, когда из-за горизонта повыше над городом поднялось большое яркое солнце, мне стало и вовсе жарко в легкой демисезонной куртке. Осень в Дублине совсем не похожа на российскую, пушкинскую осень, когда «люблю я пышное природы увяданье, в багрец и золото одетые леса». Когда кругом грязь, слякоть и развезло дороги, унылое небо и листопад. В Дублине в конце ноября никакого пышного природы увяданья я не обнаружил. А в России, в Москве в конце ноября уже даже не осень – уже лежит снег, и пощипывают щеки приличные морозы. Хотя Дублин и Москва расположены почти на одной географической широте. Но в России, увы, нет Гольфстрима!

«А, может, в Дублине и не бывает осени?» - пришла мне вдруг в голову веселая мысль: «Может, это такое затянувшееся кельтское лето?»

По О'Коннелл-стрит я не спеша двинулся в сторону Лиффи. Миновал знаменитый дублинский мост, свернул направо, прошел еще немного и на автобусной остановке присел на узкой лавочке. И стал наблюдать за крикливыми чайками, проезжающими автомобилями, редкими пока еще прохожими. И постепенно душа моя наполнялась приятным умиротворением. А вслед за ним появилась потребность пофилософствовать с самим собой.

У разных людей разные модели счастья и устремления к нему. Для меня покой и воля значат в жизни очень многое. Они необходимы мне для вхождения в творческое состояние. В разных городах, где мне доводилось подолгу жить, приходилось прилагать разные усилия для обретения творческого состояния.

В суматошной и суетливой Москве с ее круглосуточно неугомонным ритмом жизни, множеством возвышенных и низменных соблазнов было очень трудно, а порой и невозможно предаваться творчеству.

В провинциальном и скучном Саратове у меня все загнивало и закисало на корню и от одного весьма справедливого грибоедовского высказывания «в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов» частенько хотелось вдрызг напиться и забыться.

В Киеве, городе для меня мистическом до дрожи и даже сакральным, моей душе было вольготно, но уму и сердцу всегда недоставало простора. В моих жилах течет сто процентная украинская кровь, но мне при этом трудно быть украинцем.

И только с Петербургом я пребываю в полной творческой гармонии. В каменном городе Петра, с его реками и каналами, закованными в мрамор, с его европейской архитектурой, многочисленными мостами, фонтанами и соборами – Исаакиевским, Казанским, Спасом на крови думается о возвышенном и не сиюминутном.

Дублин для меня по духу и вызываемому настроению во многом схож с Петербургом. Даже дублинская утренняя сонливость мне определенно нравится. Всякий раз, приезжая в Дублин, я поражался отсутствию столичной суеты. Размеренность жизни и душевный покой – это ли не идеал, к которому нужно стремиться?

Неожиданно ко мне на лавочку подсел молодой ирландец. Ему на вид было лет тридцать. Невысокого роста, типично рыжеволосый, слегка лопоухий кельт с доброй улыбкой на лице. Из сумки он достал банку энергетического напитка, ловко открыл ее, отхлебнул пару раз и бесхитростно протянул ее мне:

- Хотите?

- Не, спасибо, - смутился я.

Парень вновь открыл сумку, вынул из нее большое красное яблоко, надкусил его и опять же бесхитростно и дружелюбно протянул мне:

- Хотите?

- Нет, спасибо, - повторно отказался я.

Парень вновь сунул руку в сумку, какое-то время там что-то пытался нашарить. Но, очевидно, ничего другого съестного в сумке у него не было. А ему, видимо, очень хотелось меня хоть чем-то угостить. Он грустно вздохнул и произнес:

- Хорошая погода, не правда ли?

Я чуть было не рассмеялся. Это была классическая фраза, которую мы заучивали в школе в пятом или шестом классе.

- Да, погода замечательная, - согласился я, воспользовавшись еще школьными знаниями английского языка.

Ирландец очевидно уловил мой акцент.

- Вы турист? - спросил он с интересом.

- Да, турист.

- А из какой страны?

- Из России.

- Из России? - удивился ирландец. - А из какой ее части?

- Из города Саратова.

- Я такого города не знаю.

- Я знаю, что вы не знаете…

Вдруг со стороны Темпл-Бара появился высокий, слегка полноватый мужчина с черными кудрявыми волосами, в очках и небольшой сумкой на правом плече. Он спокойным шагом прошел мимо нас в сторону моста О'Коннелл. Также не спеша он миновал мост и пересек улицу. Далее обзор не позволял мне видеть его дальнейший путь. Но я знал, он пересечет улицу и войдет в первую же дверь по левой стороне О'Коннелл-стрит. Я знал это совершенно точно. Просто мне там тоже была назначена встреча. Но чуть позже…

Назад                                                                                                                                                                                                                                  Продолжение следует

Книги автора можно приобрести в интернет-магазине www.rusekniga.biz в разделе "Юмор"

Comments:

All rights reserved. www.russinireland.com 2015

Top Desktop version