Russian Ireland

Switch to desktop

О конфликте в Сирии и разной Правде

Анна Дэйли, молодая женщина лет под 60, вбежала в класс, держа в руках кипу газет. Положив их на первую парту, она включила компьютер, настроила проектор и открыла uTube.

- Вы знаете, что происходит в Сирии? – наконец обратилась она к нам. – Сейчас покажу.

Раскрылось видео. Репортер рассказывала о том, как снайперы стреляют в мирных жителей, как они умирают от ран. Мужчины, женщины, дети. После съемки на месте, нас вернули в «студию», где сообщили о том, что репортаж сделала Мари Колвин. Анна вздохнула и перевернула верхнюю из стопки газет. На первой полосе была фотография Мари:

- Она погибла через три часа, после того как сняла этот репортаж. И она не одна. Многие другие журналисты погибли там. Мы, как студенты факультета журналистики не можем просто так сидеть тут, как думаете? Нужно сделать хоть что-то.

21 Марта. 7 часов вечера.

Почти через месяц после этого занятия. К этому времени все доски объявлений колледжа пестрили плакатами, приглашающими на конференцию, посвященную событиям в Сирии. Всего должно было выступить шесть человек, высказать свои размышления и свой опыт. Аудитории было человек двадцать, может тридцать. Признаться, никто не ждал многого и сначала это было просто внеплановым занятием, на которое просто было неудобно не прийти. Потом все изменилось.

Первым выступал др.Сан Раджаб. Он говорил тихо. С сильным акцентом. Но искренне, каждый раз пытаясь поймать чей-то взгляд. Он сириец, но сейчас живет и работает в Ирландии, это лучшая альтернатива, чем быть дома, но в тюрьме.

- Сирия – это замечательная страна, и народ у нас замечательный. – говорил он, сидя перед микрофоном. - Только невезучий, потому что уже 40 лет у нас ужасное правительство, которое считает, что единственный способ управлять этой страной – жестокость. Я сам из маленького города Хомса, где живут очень храбрые люди. Двадцать лет назад мы начали протестовать против режима, и тогда президент отправил к нам войска. За три дня было убито 40.000 человек. И как тут протестовать после этого? В моей стране сейчас могут убить за что угодно, даже если ты просто не так посмотришь на портрет президента. Как при Сталине. Нет, конечно у нас есть выборы и мы голосуем, но тут проблема – если ты проголосуешь против президента, то домой уже не вернешься, поэтому выбора в общем-то нет. Потому мы сидели тихо. Но всему есть предел. Человек пятнадцать детей, которые еще учились в начальной школе, сдуру написали на стене школы, обращаясь к президенту: «Башар, пожалуйста уходи». – тут он вздохнул и опустил глаза. – Дети. Лет по шесть-семь. Они нашли их всех и забрали неизвестно куда. Вернули через десять дней. Ногти вырваны, как волосы, всех синяках и ссадинах. Их пытали. Детей! И это просто было последней каплей. После этого люди снова начали выходить на улицы…

Его слушали молча, затаив дыхание. Становилось не по себе. Он закончил на том, что все плохо – гуманитарный кризис, в некоторых частях страны просто нет электричества и помощи толком ждать неоткуда.

После этого мы по скайпу связались с сирийским журналистом. Его вывели на экраны и двое сирийцев говорили с ним то по-арабски, то по-английски, переводя вопросы и каждый раз извиняясь перед нами за чужой язык.

- Где ты?

- В городе Идлиб.

- Какие новости сейчас? Скольких сегодня убили?

-  Сегодня в Идлибе убили 71 человека. Во всяком случае, насколько нам известно.

За один день. В одном городе. И так почти каждый день и конца этому не видно. В стране кризис. Поставлять гуманитарную помощь почти невозможно. Им нужно все. От оружия, до банальных необходимостей вроде лекарств для раненных.

После этого выступали лекторы. Профессора, ведущие курсы у нас и в других колледжах Дублина.

Тронул за живое Роннан Брэйди, наш лектор по этике СМИ:

- Я не буду пытаться осветить весь конфликт. Расскажу про четыре дня. 21 февраля убит Рами аль-Сайед. 22 февраля погибли Мари Колвин и Рэми Оклик, ранен Пол Конрой. 24 февраля убит Анас аль-Тарша. Четверо журналистов убиты, один ранен. Это те, о ком мы знаем. За четыре дня. И при этом необходимо помнить, что в таких конфликтах 9 из 10 убитых журналистов – это местные жители. Сейчас их будто просто уничтожают, чтобы они не могли показать то, что происходит. Ситуация ужасна. Но знаете, что? Я не хочу никого обидеть, но граждане Сирии могли все это прекратить. Им нужно было только указать на Всеобщую Декларацию Прав Человека, ведь человек не может быть просто так уничтожен своим правительством, в конце концов!

А потом стало совсем паршиво. Нашу страну упоминали несколько раз. И все с негативной точки зрения. Россия и Китай продолжают поддерживать режим аль-Ассада. "Россия отправила в Сирию 10% своих войск для помощи президенту", утверждает Раджаб, пусть и преувеличив число. Тем не менее в рунете Сергей Лавров, Министр иностранных дел, утверждает, что наши корабли со спецназом там просто так в сущности плавают.

На сайте Амнистии, которая борется за права человека, есть даже вот такая статья, и внизу предложение послать письмо господину Лаврову, и попросить открыть наконец глаза.

Сейчас есть две прямо-противоположные истории. Там продолжаются бои за Идлиб. Англоязычные новости, в том числе и сайт с новостями непосредственно из Сирии, сообщают о падении города, как одного из главных оплотов оппозиции. И в то же время о том, что Город Идлиб на севере Сирии освобожден от вооруженных экстремистов, сообщает ИТАР-ТАСС

И это только один пример. Второй – проще и прозаичнее. Буквально за час до конференции я разговаривала со своей подругой в скайпе и она поделилась, что недавно была передача по телевизору, дескать все это пропаганда США и проплачено изначально. Сегодня утром, делясь с ней впечатлениями от встречи, я услышала, что категорически неправа и все лекторы и не-факт-что-сирийцы были проплачены кем-то для того, чтобы выступить перед тридцатью начинающими журналистами. Никто не спорит, что и такое возможно в нашем мире. Но… Перед началом встречи мы говорили с парнем, который сидел с нами рядом в аудитории. Он сириец, рожденный во Франции:

- А твоя семья где?

- В Сирии.

- Ты волнуешься за них?

- Да. Я надеюсь, что они мертвы. Это лучше, чем пытки.

Все в той же Амнистии сообщается, что сейчас в Сирии известен 31 способ пытать. Это стало известно из отчета выжившего.

Конечно, у каждого своя правда. Но тут за нее платят своими жизнями сотни человек каждый день. И вроде бы хочется расклеить ярлыки Добра и Зла, но это война. В ней нет плохих и хороших, ведь у каждой из сторон свои мотивы и свои цели, у каждого своя собственная правда, и каждая из сторон равно берет оружие и убивает своих же сограждан. Здесь нет Добра и Зла, но есть невинные люди между ними, которые страдают из-за чужих представлений о мире.

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

All rights reserved. www.russinireland.com 2015

Top Desktop version