Путешествие из Лимерика в Москву во время пандемии

Многие, соотечественники интересовались о том, как можно съездить в Россию и вернутся обратно в Ирландию во время пандемии при условии закрытых границ.

Рассказ Дениса Стоякина с элементами художественного вымысла об особенностях путешествий в условиях пандемии. Персонажи вымышленные, как и некоторые события, любые совпадения случайны.

Часть 1 из Лимерика в Москву

Пришлось мне в июне 2020, по срочным делам, добираться в Москву. Паника первоначальных месяцев пандемии схлынула, но границы по большей части оставались закрытыми, и задача стояла не тривиальная и сервисы агрегаторов билетов, по большей части, были пусты. Первая мысль, воспользоваться возможностью, которую предоставляет своим гражданам Россия и через посольство попасть на вывозной рейс. Пробую, звоню, сотрудница посольства, с приятным голосом, объясняет, что да, такая возможность есть, необходимо подать заявку и тут же предлагает помочь с оформлением.

Лирическое отступление. Мне достаточно редко приходится пользоваться услугами консульского отдела посольства России и видимо оттого любое общение оцениваю по предыдущему более чем двадцатилетнему опыту. Я ещё помню, достаточно безразличное и порой грубое отношение консульской службы двадцатилетней давности и то позитивное изменение, которое произошло уже достаточно давно, но оттого не менее приятное – участливое и вежливое отношение консульского отдела к соотечественникам. В период пандемии мне пришлось дважды контактировать с консульством и там всегда входили в положение и помогали.

Но мы отвлеклись. Уточняю у девушки, когда планируется следующий рейс, получаю ответ – пока не известно, по мере набора определённого количества людей. Становится ясно, что не в ближайшие дни. Нда…, отпадает, к сожалению, не мой вариант, мне нужно быть в Москве через день-два.

Что у нас следующее? От знакомых слышал, что кто-то летел в самый разгар пандемии через Лондон, т.к. там большая, и не самая бедная, коммуна соотечественников с большим потенциалом лоббирования, и поэтому туда организовывают рейсы, пусть не всегда регулярные, но рейсы бывают. Смотрю сайты, варианты есть, хотя цены заоблачные и главное, стыковки неудобные, придётся переезжать между аэропортами в Лондоне. Кто летал через Лондон, знает, что даже пересадки в самом Хитроу неудобные, долгие и муторные переходы между терминалами, а уж необходимость перебираться между разными аэропортами, совсем не радует.

Вспоминаю, что писали много про возможность поездки через Белоруссию, там карантин не объявляли. Ищу. Бинго. Через день есть рейс Aer Lingus до Амстердама и там, через два часа рейс Белавии до Минска. Цена кусается, тем более, что только в одну сторону, но делать нечего, беру. Единственное неудобство, пришлось купить билеты по отдельности, напрямую через каждую авиакомпанию, т.к. агрегатор этот вариант не предлагал. Несколько раз попадая, даже в спокойные времена, на задержки с вылетами из Дублина, вариант с отдельными билетами немного напрягает. Что ж, будем надеяться, что без задержек.

Смотрю, что там дальше по Минску. Авиасообщения и поездов в Москву нет, но есть автобусы. Пока решаю билет не автобус не брать. Не совсем понятно, получится ли вовремя долететь и не будет ли задержек в аэропорту Минска с проверками и карантином.

Сразу возникла ещё одна проблема, о которой раньше даже не задумывался, как добраться в аэропорт. Для разбалованных дублинцев это не актуально, а вот из Лимерика не всё так просто. Когда возвращаюсь назад, пока не знаю, может через месяц, может и более, поэтому оставлять машину на парковке совсем не хочется. Все коммерческие автобусные компании, отменили свои прямые рейсы из Лимерика в аэропорт Дублина. Только у Bus Eireann есть рейсы, хотя и мало. Мой вылет в 7 утра, а самый поздний рейс у Bus Eireann в 18.00. Провести в аэропорту порядка 11 часов совсем не хочется. Вспоминаю про электричку, лет 15 или более на ней не ездил. Смотрю, есть одна в 21.00, до Хьюстонского вокзала, делать нечего, беру. Оттуда возьму такси.

День отправления, знакомый подвозит до вокзала в центре города, мы уже привыкли к полупустым улицам в течении карантина, а тут попадаем на задержку из-за ремонтных работ, ждём несколько минут, ждём ещё, похоже, что красный свет меняться не собирается. Плюём, разворачиваемся, едем в объезд, подъезжаем, бегу и вижу машущую мне хвостом, удаляющуюся электричку…

Делать нечего, возвращаюсь домой, бронирую место на Красной парковке (все более дешёвые парковки близлежащих отелей не работают, видимо, как и сами отели). Пока дней на двадцать, дальше посмотрим. Зато получится поспать до вылета.

…Вот и Красная парковка, шлагбаум долго не считывает номер или не хочет открываться, приходится нажать кнопку вызова…наконец проезжаю и сразу встречаю служащего, предлагающего проехать на короткую парковку в аэропорт, по той же цене. Заманчиво, но я не знаю, когда назад и не хотелось бы нарваться на более высокую ставку оплаты позже. Объясняю, работник вздыхает, берёт рацию и вызывает микроавтобус, чтобы забрать меня. Регулярные шатлы не ходят, а сама парковка почти пуста.

Быстро доезжаю до Терминала 2, одеваю маску, дальше до самого Минска масочный режим. Терминал почти пустой, сразу прохожу на стойку, беру билет и без задержек и очередей «пролетаю» через все проверки на посадку. Внутри терминала все магазины и кафе закрыты.

Вот уже и посадка, садимся в самолёт и мои беспокойства оправдываются, у нас задержка, по словам капитана, один из компьютеров отказывается включаться. Ждут техника. Рядом сидящая женщина, начинает терзать стюардессу, объясняя, что у неё короткая пересадка. Та обещает, что задержка не долгая. Проходит полчаса. Капитан каждые пять-десять минут рассказывает новости с решением проблемы, хотя новостей особых и нет. Компьютер так и не запустился, но оказывается, можно лететь и без него, техник только должен заполнить разрешительные документы. Наконец покатились по полю аэродрома. Пилот успокаивает, ветер попутный, периоды ожидания взлёта и посадки короткие, успеем вовремя.

В самолёте раздали индивидуальные бутылки с водой и Health Screening Forms, которые нужно заполнить и их должны забрать по прилёту. Маски снимать запрещено. Вот и Амстердам. Капитан не обманул, прилетели вовремя. Выходим, никто у нас никакие формы не собирает, и мы бредём по длинным, почти пустым, коридорам амстердамского аэропорта. Кафе в том конце аэропорта закрыты и стойки автоматической регистрации тоже, всё обмотано красно-белой лентой. Наконец вижу работающую стойку автоматической регистрации. Пробую. Уф, никаких вопросов, сразу получаю посадочный талон на рейс Белавии.

Наконец и центральная часть внутренней зоны аэропорта. Тут оживлённее. Некоторые магазины работают и нахожу работающее кафе. Беру завтрак и осматриваюсь где бы присесть, перекусить. Рядом с кафе есть столики, там сидят люди, но вся зона обмотана всё той же лентой. Оставлен только один вход, он, с другой стороны. Обхожу и сталкиваюсь на входе с девушкой, которая начинает задавать вопросы по списку похожим на Меню. С подносом в руках и сумками начинаю отвечать. Наконец опросник пройден и меня пускают внутрь.

Рейс Белавии вылетает почти вовремя. Нам опять раздают индивидуальные бутылки с водой, бутерброды и новые Health Screening Forms. Заполняю и кладу в карман переднего кресла. Лететь ещё долго, можно и поспать.

Белорусский транзит – дорога контрабандистов

По прилёту обращаю внимание, на то, на что не обратил внимание при посадке из-за полусонного состояния. Большая часть пассажиров — это мужчины молодого и среднего возраста и многие ищут где транзит на Украину или в прибалтийские страны. Теперь ясно, что белорусским транзитом пользуются не только россияне и страна неплохо заработала на транзите за эти месяцы.

На паспортном контроле девушка-пограничник, просит предоставить заполненную форму. Вспоминаю, что она осталась в кармане кресла самолёта, получаю новую форму и иду её заполнять. Вокруг меня такие же забывчивые, все заполняют формы и перья в большом дефиците.

Ранее, просматривая информацию в интернете, читал, что из аэропорта бывает отправление автобусов до Москвы, но зайдя в туристический офис и найма такси, получаю информацию, что регулярных рейсов нет. Трансферы в Москву бронируют заранее и сразу на большую группу. Значит мне путь на Центральный Автовокзал. Выхожу на улицу, с радостью снимаю маску и иду к остановке автобуса до автовокзала, но выходит сторговаться на поездку с особо настырным таксистом за 30 белорусских рублей (11 евро), в аэропорту просили 50.

В пути разговорились, Юрий уверяет, что на сегодня билетов до Москвы нет, предлагает довести до границы, а там другие машины везут до Москвы. До границы 6,000 российских рублей, а там до Москвы 10,000 рублей. Говорит, что схема отработанная, многих так возят. Отвечаю, что сначала всё выясню на автовокзале.

Как и ожидалось, билетов в кассе нет, только на следующий день, а мне нужно быть в Москве уже утром. Пока Юрий отошёл, общаюсь с молодым парнем в центре зала, который говорит, что собирает группу на свой микроавтобус до Москвы. За всё просит 5,000 российских рублей. Рядом ещё одна девушка, ей тоже нужно в Москву. Спрашивает, будет ли пересадка на границе и нужно ли будет идти пешком, у неё два тяжёлых чемодана. Парень отвечает, что пешком идти не придётся, у него на границе всё схвачено, пересадка нужна, т.к. с белорусскими номерами машины в Россию не пускаю, но ему позволят проехать границу и высадить нас у второго автобуса.

Возвращается Юрий и я говорю, что поеду теперь с другим. У них происходит спор, мой таксист недоволен, что у того цена маленькая, но ему отвечают, что здесь свободный рынок. Раздражённый Юрий уходит и на прощание предупреждает меня, что там не всё так просто и не стоит верить этому парню.

Дело идёт к вечеру и у нас новая проблема, наш водитель никак не может набрать группу. Ему необходимо хотя бы 4-5 человек, а нас пока двое. По залу ходят ещё два таких же как он, у каждого тоже всего один, два человека пассажиров. Наш водитель успокаивает, говорит, что если не соберёт группу, то у него знакомый везёт свою группу до Москвы и он посадит нас туда. Между делом знакомимся. Водителя зовут Василий, мою попутчицу Алевтина. Она относится ко всему происходящему скептически, с силой поджимает губы и говорит, что наслышалась, как довозят до границы, высаживают и бросают.

Василий убеждает, что у него такого не будет. Мне всегда хочется видеть в людях хорошее, поэтому я ему верю, Алевтина же сомневается, но в итоге, через полчаса, соглашается. Василий, решает ковать железо пока горячо, поэтому не ждёт новых пассажиров, а сажает нас к себе в микроавтобус, чтобы довести и посадить с группой своего знакомого. Садимся и едем. Почти новый, комфортабельный автобус, с приятным запахом. Видно, что Василий относится к нему бережно, ухаживает.

По пути разговорились, вся Белоруссия сейчас в предвыборной горячке, поэтому Василий много рассказывает о политике, поэтом переходим на машины, и он делится секретом, как большинство водителей, работающих на государственных машинах или машинах, принадлежащих предприятиям, сливают топливо, путём подсоединения канистры к топливной системе, куда во время движения понемногу сливается топливо и всё выглядит, как если бы машина расходовала чуть больше чем нужно на каждый километр.

Наконец доезжаем до места встречи. Василий уходит переговорить, возвращается, есть два места, берёт с нас по три тысячи, остальные мы отдадим новому водителю чуть позже, и мы переносим вещи. В этом автобусе кроме нас двоих ещё четыре мужчины-пассажиры и водитель. Уточняем у водителя, говорим, что мы уже заплатили часть суммы и должны ему в дальнейшем только по две тысячи, он кивает.

Двинулись. Этот автобус кардинально отличается от первого, гораздо старше, грязноватый, с пусть кожаными, но протёртыми сиденьями и без кондиционера. У Алевтины тотчас же портится настроение, она уже жалеет, что решила поехать. Все вокруг молчат. Чтобы разрядить обстановку, пытаюсь разговорить Алевтину. Пока за окнами мелькают улицы Минска, мы удивляемся их чистотой, а после того, как выехали за пределы города, все последующие часы начинают мелькают только бескрайние поля, перемежающиеся небольшими лесами. Алевтина восторгается этой природой. Она из Симферополя, там такой красоты нет. Значит после Москвы ей ещё предстоит дальнейшее путешествие. Как оказалось, она до пандемии поехала проведать свою сестру, живущую в Турции, там и застряла на несколько месяцев.

К вечеру остановились у отеля в Могилёве, где к нам подсел ещё один попутчик. Двинулись дальше к границе, я задремал, а проснулся оттого, что автобус стало трясти гораздо ощутимее чем раньше. Мы ехали по каким-то небольшим сельским дорожкам. По словам водителя, границу мы должны пересечь в районе 11 часов вечера. Темнело и мы свернули в поле, уже даже не на дорогу, а на колею по которой ездят тракторы между полями. Трясти стало ещё сильнее. Водитель безостановочно с кем-то созванивался, говорил, что скоро будет, просил прислать локацию. В какой-то момент он даже потушил свет фар и ехал в полной темноте.

Машину кидало из стороны в сторону, на выезде из очередной канавы, мы налетели передним мостом на какую-то кочку, машина высоко подлетела, накренилась на один бок, но помедлив вернулась в нормальное положение. В салоне раздался общий вскрик и последовавший за ним вздох облегчения.

Автобус же продолжал колесить по полям взад и вперёд, водитель настойчиво просил кого-то на том конце связи, объяснить куда ехать, посветить фонариком и прислать обновлённую локацию. Мы пролетали канавы одну за одной, лужи и грязь, и я только радовался, что сегодня и похоже все последние дни стояла сухая и жаркая погода.

Вдруг на горизонте показались огни ехавшей навстречу машины. Она поравнялась с нами, водители встретились боковыми окнами и остановились. Джип, стекло опустилось. В тусклом свете, на передних сиденьях, мы увидели двух человек, ближний из которых был одет в подобие формы. Прозвучали слова – пограничная служба России, предъявите документы!

…Шутка явно не зашла, наш водитель, которому видно было гораздо лучше, чем нам, молчал. Другая сторона, чтобы разрядить обстановку, пыталась извиниться, сказать, что пошутили и спрашивали его, где переезд на другую сторону. Он ответил неопределённо, мол сам не знает, и те поехали дальше. Мы также продолжили движение.

Шёл уже второй час нашего бесконечного петляния по полям в почти полной темноте и в тряском автобусе. Народ ругался в полголоса. Алевтина смотрела испуганно, а у меня в голове начала играть «Дорожная история» Высоцкого:

«…Я отвечаю: «Не канючь!»
А он — за гаечный за ключ
И волком смотрит (он вообще бывает крут).
А что ему — кругом пятьсот,
И кто кого переживёт,
Тот и докажет, кто был прав, когда припрут!»

Наконец мы остановились, водитель с навигатором и телефоном ушёл куда-то вперёд, все вышли и закурили. Разговорились. Мы с Алевтиной задали остальным вопрос, хотя и так догадывались какой будет ответ – вы россияне? Раздался смех. Стало понятно почему мы здесь. В отличии от россиян, белорусские граждане не могут сейчас официально въехать в Россию, а многие там продолжают работать, поэтому пользуются вот таким сервисом, а мы попали сюда благодаря ушлому Василию.

Ребята рассказали, что уже не раз, за время пандемии, ездили таким образом через границу и никогда проблем не было. Такой бедлам как сейчас, это в первый раз и, хотя наш водитель рассказывал им, что ездил здесь ранее, похоже, что он был тут в первый раз. Они находят такие рейсы через Бла Бла Кар. Кто-то обронил фразу, что мы сейчас как мексиканцы, переходящие границу с США. Мне тут же вспомнилась сцена из фильма «Два ствола» с Дензелом Вашингтоном и Марком Уолбергом, где они пересекают мексиканскую границу. Не хватало только вооружённых охранников по бокам. В своё время мне пришлось поколесить по Мексике, поэтому воображение рисовало мне очень красочную картину.

Перерыв закончился, наш водитель вернулся, и мы двинулись дальше. По кратким фразам мы поняли, что те, кто с нами должен был встретиться, теперь сами едут на встречу, нам нужно только дождаться их на одном из пересечений многочисленных дорожек, наезженных в полях. Одному только водителю понятно, как он нашёл нужное место, для меня все эти дорожки, в полной темноте, не отличались друг от друга. Остановились. В дали показались фары и к нам подъехал ещё один микроавтобус. Из него вышла вторая группа пассажиров. Стало понятно, как работает этот сервис. Автобус из Минска едет до границы и встречается с автобусом из Москвы. В обоих автобусах группы пассажиров, на границе они обмениваются группами и возвращаются каждый в свою сторону.

Мы с Алевтиной переложили вещи и забрались поскорей в автобус. Стало понятно, что появилась новая проблема. В этом автобусе уже два водителя и всего пять пассажирских мест. Нас семеро. Двое остались стоять снаружи и ругаться с одним из новых водителей. Тот успокаивает, говорит, что сейчас проблему решит.

В это время, наш старый водитель, подошёл и стал собирать с нас деньги. Я уточнил, что нам осталось заплатить только по две тысячи, согласно договорённости, а что по поводу нового автобуса? Тот ответил, что этим водителям ничего платить не нужно. Я переспросил одного из новых водителей и получил утвердительный кивок. Все, кроме Алевтины, отдали деньги. Алевтина же наотрез отказалась, сказала, что деньги отдаст только когда, доставят в Москву. Начался новый спор. Тот водитель, что разговаривал с пассажирами, которым не хватило мест, сказал – ну вот, одно место уже нашлось, не хочешь платить, выходи. Раздался общий хор пассажиров, и без того разозлённых предыдущими событиями – никто никого высаживать не будет, мы все поедем вместе, как ехали.

Я обратился к нашему старому водителю, сказал, что помимо того, что его знакомый, Василий, обещал нам абсолютно нормальное пересечение границы, а мы оказались не понятно где, так теперь ещё требуете денег за не выполненную работу. Тут и раскрылось, что Василий никакой не знакомый, а нашёл нашего водителя по Бла Бла Кар, тот его видел первый раз в жизни, когда Василий привёз нас. Также стало понятно, что нехватка мест связана с тем, что сами водители берут халтуру, хотя изначально о рейсах двух групп договаривается и координирует руководство, которое чётко знает, сколько мест есть в каждом автобусе. Мы с Алевтиной восхитились хватке Василия, который за привлечение клиентов взял комиссию в сумме больше, чем досталось нашему водителю – себе по три тысячи, ему всего по две. Кстати, ставка пять тысяч стандартная, остальные пассажиры тоже платили по пять тысяч, только уже напрямую водителю.

В итоге, договорились, что один из наших новых водителей отдал остающиеся две тысячи старому, а Алевтина заплатит ему эту сумму по приезду в Москву. Также нам пришлось уплотниться, на первый ряд из двух сидений, село три человека, а сзади на трёх сиденьях – четверо. Время уже час ночи, и мы снова двинулись в путь. Новый водитель знает дорогу, но от этого она не стала комфортней. Нас продолжает кидать по ухабам, дорога такая же плохая, как и до этого, только поля сменились лесом. Местность не ровная, спуски и подъёмы. Дорога — это лишь название, порой деревья так близко, что мы не только цепляем машиной ветви деревьев, но даже пару раз цепляли боком небольшие стволы. Я задумался над экономикой этого бизнеса, как-то не складывалось, деньги небольшие, а за два-три рейса автобус можно убить в хлам.

Мы все уже расслабились, думая, что приключения остались позади, но на очередном спуске, машина влетела в низину с мягкой почвой и встала, меся колёсами грязь. Видимо весёлая ночка для нас ещё не закончилась. Попробовав взад-вперёд несколько раз, водитель попросил всех выйти, толкнуть. Вокруг стали возмущаться, что деньги платили не за этот бардак и лезть в грязь в чистой одежде и обуви никому не хочется. Впрочем, все вышли, чтобы уменьшить вес.

Один из водителей, снаружи, направлял второго, но получалось плохо, автобус продолжал буксовать и не двигаться. Я предложил вытолкнуть автобус назад. С ещё двумя людьми, мы нашли более-менее сухие места перед носом автобуса и стали толкать в раскачку. Дело пошло, машина сдвинулась с места и понемногу стала выбираться. Когда осталось не так много, водитель остановился и сказал, что теперь двинет опять вперёд. Мне это показалось плохой идеей, что и подтвердилось через короткое время.

Время шло, координации не было никакой, порой кто-то начинал толкать, кто-то предлагал новые идеи, но автобус плотно сидел в грязи. Залепленный грязью фары почти не давали света, спасало то, что, в Июне, ночи не очень тёмные. Кто-то прогулялся вдоль дороги, вернулся и сообщил, что неподалёку, на лугу пасётся лошадь и можно бы использовать её, чтобы вытянуть машину, но ни троса, ни хомута нет, поэтому от этой идеи отказались. Прошло уже около часа, буксуя взад и вперёд, машина завязла ещё плотней и села на брюхо.

Мне было удивительно видеть, что современная смена шофёров совсем не умеет вытаскивать свою технику из грязи. Видимо извечная русская беда – дороги, стала уже не такой и бедой, а качество дорог улучшилось. Я ещё помнил, как в юности приходилось выталкивать легковушки друзей и родственников из многочисленных поездок в лес по грибы или на дачу, или как домкратить тяжёлый Зил, длинным бревном за задний мост, на практике воплощая легендарную фразу Архимеда про точку опоры, длинный рычаг и переворот Земли.

Понимая, что мы можем остаться там до утра, я решил взять координацию в свои руки. Стал собирать разбросанные в большом количестве ветки деревьев (видимо мы были не первые застрявшие в этом месте) и с агитировал других делать то же самое. Подкладывая их под колёса, я объяснил, что единственный шанс у нас вытолкать машину назад и проехать по другой стороне низины, где было более сухо. Я также предложил использовали наш последний балласт, выгрузить все чемоданы из задней части автобуса и дать возможность хоть не на много, но приподнять дно автобуса от земли.

В этот раз толкали в раскачку почти все, автобус медленно полз назад, а я, чтобы не повторить ошибки начального этапа и вспомнив армейское прошлое, громко кричал, координируя и не давая никому останавливаться. Мы всё-таки вытолкали автобус и без промедления протолкали его вперёд, по другой стороне низины. Пришло время осмотреть себя и хоть как-то почиститься. У большинства на обуви были большие пласты грязи. Я лишь порадовался, что был в тёмных кожаных кроссовках, которые можно позже вымыть под краном. С одеждой было хуже, меня классически окатило струёй из-под колёс и мои джинсы теперь покрывал толстый слой грязи. Мокрых салфеток, которые нашлись у водителей, хватило лишь, чтобы оттереть руки, остальное решили почистить, когда доберёмся до заправочной станции.

Загрузив назад чемоданы, мы забрались внутрь, и я встретил восторженный взгляд Алевтины, сопровождаемый словами о восхищении мной и моим организаторским талантом. Скромно промолчав и улыбнувшись, я пробрался на своё место. Мы снова тронулись в путь. Как оказалось, та низина была последним сложным участком. Автобус выехал на подобие гравийной дороги, хотя лес ещё не закончился.

Ещё минут через двадцать мы наконец выбрались на небольшую сельскую асфальтовую дорогу. В целом, мы потеряли порядка трёх часов, и водитель погнал автобус, решив хоть немного нагнать время. Основательно продрогнув снаружи, я пригрелся в автобусе, прислонился к окну и воспринимал эту безумную гонку по узким дорогам отрешённо, пытаясь заснуть. Мы пролетали ночные деревни, с тёмными окнами домов, весело подлетали вверх на лежачих полицейских, совсем не видных в темноте, со скрипом тормозили, когда водитель проезжал очередной поворот, пятились назад и вновь устремлялись в ночь.

Продолжая чувствовать себя неуютно от облеплявшей одежду грязи, я вспомнил детство и дорогу в школу. Длинную дорогу по хорошему асфальту и короткую, по тропинке, через рощу. Конечно же мы всегда выбирали короткую, но она проходила через открытый участок за домом, где пролегала теплотрасса, которую регулярно раскапывали и ремонтировали. Естественно когда шёл дождь, грязи было по колено, а брошенные тут и там дощечки ситуацию не спасали. Я приходил домой в измазанной грязью форме, мать ругалась и мне влетало от отца. Однажды, обрызгав брюки особенно сильно и помня про «последнее» предупреждение от отца, я решил их почистить перед приходом домой. На углу нашей пятиэтажки был выход трубы, воду из которой использовали для полива кустов и других технических нужд. Крана конечно не было, но какой мальчишка в наше время не ходил без своего собственного крана в кармане, который можно было использовать, чтобы напиться воды во время походов по близлежащим районам или наполнять «брызгалки» для дворовых игр. Если кран терялся, всегда можно было сделать временный. Вокруг было в избытке алюминиевой проволоки от кабеля, пусть мягкой, но, обмотав её в несколько слоёв вокруг квадрата вентиля и скрутив два хвостика, можно было получить не плохой кран, способный открыть не очень тугой вентиль. Я замыл брюки, фактически постирав их под сильным напором и, с всё ещё стекающими с них каплями воды, пришёл домой. Отец читал газету. Бросив короткий взгляд и оценив ситуацию, он задал лишь короткий вопрос – замывал? Получив утвердительный ответ, он вновь погрузился в чтение, а я закрепил в голове урок, что ошибку можно исправить и тогда наказания не последует.

…Как-то не заметно мы выбрались на минскую трассу, и навигатор радостно сообщил, что осталось ехать по прямой чуть больше четырёхсот километров. Проехав ещё некоторое время, мы завернули к заправке. После нескольких часов почти полной темноты, она казалась сказочным сияющим замком. Мы все вышли, щурясь от яркого света вошли внутрь и сразу повернули к туалету, почиститься. Последующие пятнадцать минут я провёл, умываясь и отмывая кроссовки. Джинсы я мыть не стал, последовав совету Алевтины не трогать их, а дать толстой грязевой корке высохнуть, после чего их можно просто «обтрусить».

Последующие несколько часов езды были не запоминающиеся. Уже утром, на подъезде к Москве, мы вновь остановились на заправке и наконец то при свете дня, смогли осмотреться. Ночное приключение воспринималось как сон, и все весело посмеивались, вспоминая особо смешные моменты и смотря на замазанную одежду друг друга.

Из-за потерянных часов мы попали в длинную пробку на въезде в Москву и, к одной из конечных станций метро, попали уже с заметным опозданием.

Следуя совету Алевтины я «обтрусил» джинсы от засохшей грязи приведя их в более-менее приличное состояние и с наслаждением воспользовался благами цивилизации, вызвал, через приложение, Яндекс такси. Тепло распрощавшись с попутчиками, я поехал домой, где меня ждали душ, завтрак и стиральная машина.

Часть 2 в Ирландию

За время, проведённое дома, я просмотрел большое количество форумов на тему возвращения, в период пандемии, в Россию через Белоруссию, да и в плане возвращения в целом.

Как оказалось, наше путешествие можно назвать довольно удачным. Форумы забиты более тяжёлыми историями. В целом же, порядка не наблюдается. На границе между Россией и Белоруссией, могут как высадить всех и отправить заполнять данные в гроссбух, в будке Роспотребнадзора, так и просто махнуть рукой, чтобы проезжали, просто увидев корочку с российским паспортом через стекло. Как правило это касалось небольших машин.

Как пишут, один из самых тяжёлых случаев случился с большой группой соотечественников, работавших на круизных лайнерах в Карибском бассейне. Они возвращались организованно и бронировали автобусы из минского аэропорта сразу в Москву. На границе со Смоленской областью, их отправили на карантин в местный санаторий, и они описывали условия проживания там, как не самые лучшие.

Строже всего Роспотребнадзор работает в аэропортах Москвы, куда прибывают вывозные рейсы. Я лишь порадовался, что не поехал на одном из них.

Следующим вопросом, обсуждаемым на форумах, был вопрос 14 дневного карантина и контроля за его соблюдением. В этом вопросе, Россия продвинулась дальше Ирландии. В анкете по прибытию, нужно указать номер мобильного телефона и, в дальнейшем, по нему и отслеживают. Если вы выходите из дома, даже не пользуясь телефоном, вам приходит сообщение, что вы нарушили режим карантина и на вас могут наложить штраф. Отключить телефон и пользоваться вайфаем тоже не вариант. Люди, которые использовали различные приложения, например, по вызову такси, тоже получали извещение о нарушении режима. Единственное отличие, которое я обнаружил. Это всё касалось людей, которые указали российский номер для контакта. Те же кто указал иностранный номер, никаких сообщений не получали.

Тем временем, подошло время возвращаться назад в Ирландию. Повторять маршрут через Минск не хотелось. Был уже Июль и стали появляться альтернативные варианты. Например, рейсы из Москвы в Лондон, Париж и Рим, но все они прибывали в вечернее время и нормальной стыковки на Дублин не получалось. Пришлось бы провести ночь в аэропорту прилёта, чтобы на следующий день улететь в Дублин.

Молдавский транзит

Наконец на сайте агрегатора, я увидел полноценный перелёт до Дублина, молдавской авиакомпанией через Кишинёв. Цена более чем хорошая. Беру!

Интересно стало уже в Домодедово. На стойке регистрации меня завернули и отправили к старшей смены, для подтверждения, что мне разрешён вылет. Там собралось уже много людей. Кто-то ругался, кто-то спрашивал, что делать, кого-то отправляли делать дополнительную оплату, а кому-то отказывали.

Я подал свой ирландский паспорт, его сфотографировали и переслали куда-то по Вотсапу. Спросили лечу ли я дальше в Дублин молдавскими авиалиниями и получил подтверждение, сказали ожидать. Наконец через 5-10 минут, мне сообщили, что мне разрешён вылет и я могу пройти назад на стойку регистрации. Вернувшись к одной из стоек и опережая слова, что мне нужно сначала получить разрешение, сообщаю девушке, что разрешение получено. Её это не сильно уверило, она поворачивается и кричит через несколько стоек, старшей, при этом показывая мой паспорт, можно ли меня регистрировать. Та занята и кричать приходится несколько раз. Наконец старшая утвердительно машет головой и мне выдают посадочные талоны на оба рейса, при этом заставив сдать мой небольшой чемоданчик в багаж, который я рассчитывал взять с собой.

Как я понял, тех, у кого были только российские паспорта, пусть и с иностранными визами, не пускали. С иностранными же паспортами, всё равно требовалось какое-то подтверждение из «Центра».

Прохождение паспортного контроля и посадка в самолёт проблем не вызвало. В самолёте опять выдали санитарные формы для заполнения, причём на вопросы, касается ли это транзитных пассажиров, стюардесса ответить не смогла. Бонусом все получили по бутылочке воды.

Полёт прошёл нормально. Сидевшая рядом мама с дочкой, рассказала мне, что они тоже летят в Дублин. Разговорились. Её зовут Ирина, они живут в Дублине. У них с собой целый набор паспортов, и российские, и молдавские, и ирландские. У меня такого богатства нет.

В аэропорту Кишинёва, большая часть пассажиров пошла на выход, а мы, узеньким ручейком налево, к транзитной стойке. Стоявших перед нами нескольких человек отправили к навороченному аппарату температурного контроля тела, а мы, скромно опустив головы, остались стоять.

Количество транзитных пассажиров не большое, но нам всё равно пришлось изрядно постоять. На каждого затрачивалось минут по пять времени. Вот у двух женщин запросили отрицательные тесты на коронавирус и я напрягся. У них они были, а у меня нет и я не слышал, что они нужны. Ещё один парень начал о чём-то ругаться с сотрудницей на молдавском. Стоявшая рядом Ирина объяснила, что он летит в Париж, у него румынский паспорт, но его не пускают. Оказывается, за день-два до этого, Франция ужесточила правила, и теперь, только граждане Франции могут попасть туда.

Вот и моя очередь. Волнуюсь. Подаю паспорт. Летая через Кишинёв раньше, меня всегда забавляло разделение труда сотрудников транзитной стойки. Как правило, за стойкой два человека, сначала один что-то делает с вашим паспортом, проверяет, потом передаёт его следующему, тот также проверив что-то в компьютере, наконец возвращает его и разрешает проход. Та же схема и в этот раз, но тут приводят путешествующего в одиночку подростка, таких всегда сопровождает кто-то из членов авиакомпании или аэропорта, и женщина, занимающаяся проверкой моего паспорта, отвлекается и перекидывает мой паспорт своему коллеге. Тот закончив с предыдущим пассажиром, спрашивает у неё, крутя моим паспортом, что делать, та машет рукой и он возвращает его мне, разрешая проход.

Пройдя длинным коридором, упираюсь в закрытую дверь таможенной проверки. Здесь уже сидят несколько транзитных пассажиров, прошедших ранее. У кого-то вылет через короткое время, и они ругаются в пол голоса. Прошедшие ранее две женщины, говорят, что уже ходили узнавать и им сказали, что сейчас сотрудник подойдёт, но его всё нет. Одна из женщин опять уходит, но вот и сотрудник. Мы быстренько проходим рамку и входим в общий зал.

Кафе здесь работают. Наконец-то можно перекусить. Я разговорился с одной из девушек, работающих в кафе. Они очень рады возвращению рейсов. Она работает в аэропорту уже много лет и последние годы он уверенно набирал новые направления, становясь транзитным хабом. Перед введением карантина через Кишинёв проходило более ста рейсов в день. Потом всё встало и только сейчас пошло оживление, но пока до былого количества далеко. Всего порядка двенадцати рейсов в день.

Наша посадка и шатл везёт нас к самолёту. В Молдавии за тридцать градусов тепла и на взлётном поле душно, а постоянная маска на лице делает духоту только хуже. Салон самолёта, очередная бутылка воды и очередная санитарная форма. Я уже собрал целую коллекцию этих форм. В этот раз самолёт не полный и есть возможность растянутся на креслах.

Перелёт довольно долгий, но вот наконец посадка. Уже начало одиннадцатого ночи. Аэропорт почти пустой. На паспортном контроле, угрюмый офицер забрал заполненную форму, что-то отметил на ней и оставил у себя. Махнул рукой, проходи.

Забрав багаж и распрощавшись с Ириной и её дочерью, я вышел в зал прилёта. Разительный контраст. Он полон ожидающими, но ближайшие кафе по-прежнему закрыты. Зато автобусы-шатлы до парковок уже циркулируют. На самой парковке машин значительно прибавилось и по крайней мере все ближайшие ко въезду буквы заполнены. Видимо самые нетерпеливые всё-таки полетели в отпуска.

Заплатив за дополнительные дни, сверх тех, на которые изначально бронировал стоянку, я поехал домой на свой второй за этот месяц карантин.

Соображения по поводу работы авиакомпаний и аэропортов.

Самое основное, это полная неразбериха с санитарными формами. Экипажи самолётов обязали всем их выдавать, но никакого разъяснения на основные возникающие вопросы не дано. Поэтому на все вопросы, экипажи стандартно отвечают, нас сказали всем раздать, чтобы заполнили, мы и делаем. В целом же возможных сценария только два, трансфер и выход из таможенной зоны. Возможно ещё третий, где есть пересадка между разными терминалами и потенциально разными зонами. Почему бы не проводить тренинг экипажей по основным вопросам, касающимся карантинных требований страны пребывания и также разъяснить, что транзитным пассажирам заполнять санитарные формы аэропорта транзита нет необходимости.

Второй момент, из четырёх рейсов, только на одном давали хоть какую-то еду, раздали бутерброды. Больше ничего, только индивидуальная бутылка воды. Кафе во многих аэропортах закрыты. Поэтому лучше заранее взять что-нибудь с собой, особенно тем, кто летит с детьми.

Третий, можно сказать, продолжение первого пункта. Лучше самим, заранее, озаботиться вопросом, можно ли вам в страну вылета или нет и какие требования к прибывшим. Где-то, например, требуют тесты на коронавирус. И конечно, В Москве, такой тест можно сделать прямо в аэропорту всего за час и солидную сумму. Но это в Москве, поэтому лучше узнать все до вылета и быть готовым, чем рисковать и не попасть на рейс.

 

Денис Стоякин

И последнее, в текущих условиях, хотелось бы большей помощи самих авиакомпаний. Почему бы им самим заранее не информировать своих пассажиров об правилах, действующих в стране прилёта.

Удачных всем перелётов!

Метки: , , ,

Последние публикации в категории


Похожие публикации

Подпишитесь на наши странички в социальных сетях и будьте в курсе всех событий Русской Ирландии
Nasha Gazeta

Добавить комментарий